Реальная хозяйственная сделка

Содержание

Какими способами можно доказать реальность сделки

Сделки, которые совершаются не в реальности, а на бумаге, – предмет деятельности фирм-однодневок, с которыми постоянно сражается налоговая служба. Если контрагент будет заподозрен в «проблемности», налоговики в ходе проверки могут попытаться доказать, что хозяйственная операция не имела места в действительности, а только значится таковой по документам. И даже если в настоящий момент все хорошо, в будущем контрагент может быть взят проверяющими органами на заметку. Поэтому всегда лучше иметь на руках доказательства чистоты и добросовестности совершения сделки в тот момент, когда это происходило.

Рассмотрим, как можно противодействовать попыткам налоговиков признать сделку не имевшей места в действительности.

Кто и что должен доказывать

Если контрагент, с которым фирма имела финансовые дела, признан недобросовестным (иными словами, относится к числу «однодневок»), проверок налоговых органов не избежать. Инспекторы будут рассматривать каждую сделку на предмет получения неправомерной налоговой выгоды. При этом они изучают:

  • движение денежных и товарных потоков (ведет ли фирма деятельность или только «пропускает» через себя деньги и товары);
  • возможную взаимозависимость участников сделки;
  • вероятность налоговой выгоды.

Каждое из этих положений в отдельности еще не является доказательством ненадежности контрагента. Поэтому, несмотря на то что бремя доказательств законодательно лежит на налоговой, в интересах фирмы подтверждать реальность своих сделок самостоятельно. При установлении фиктивности договоров фирма, совершившая сделку с однодневкой, может быть лишена вычета по НДС и/или списания расходов по налогу на прибыль.

ВАЖНО! Налоговая инспекция должна доказать, что сделок с недобросовестным партнером в действительности НЕ БЫЛО, а фирма-налогоплательщик – опровергнуть это утверждение, доказав реальность сделок.

На что «смотрит» налоговая

Что именно вменено в обязанность налоговикам в качестве поиска доказательств:

  1. Подконтрольность недобросовестного партнера налогоплательщику. Если будет выявлена финансовая или иная зависимость контрагента от фирмы, с которой он заключил сделку, то совершенно ясно, что это сделано с целью получения налоговой выгоды. Создавать фирмы-однодневки запрещено законом, а в этой ситуации налогоплательщик не мог не знать, что он сотрудничает с такого рода контрагентом.
  2. ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ! Такого рода нарушение встречается не так часто, добросовестные фирмы предпочитают не идти на сознательное нарушение закона и не создавать собственных однодневок.

  3. Почему именно этот партнер. Чаще встречается ситуация, когда контрагенты не связаны между собой. Если один из них оказался недобросовестным, налоговая будет исследовать вопрос, почему он был выбран для сотрудничества. Причины выбора контрагента очень важны в доказательстве реальности сделки. Вот почему крайне важно уделять внимание проверке благонадежности потенциального партнера до совершения сделок.
  4. Подписи на документах. Все документы, подписанные от имени контрагентов, должны иметь подписи лиц, имеющих на это соответствующие полномочия. Если окажется, что таковых полномочий подписавшее лицо не имело либо оно вообще не установлено, сделка может быть признана фиктивной.
  5. К СВЕДЕНИЮ! Несовпадающие подписи не могут служить единственным доказательством, особенно в суде, ведь в реальной жизни у партнеров редко имеются возможности производить сличение подписей в паспортах уполномоченных лиц и на документах при заключении сделки.

  6. Оценка достаточности и разумности проверки контрагента. Если налогоплательщик не позаботился о проверке добросовестности будущего партнера, он сам виноват, если тот окажется однодневкой. Необходимо предпринимать ряд мер, устанавливающих «адекватность» партнеров, и пренебрежение ими недопустимо. Налоговики будут исследовать следующие моменты:
    • существует ли установленный порядок отбора контрагентов;
    • если существует, был ли он нарушен в случае выбора данного контрагента;
    • имел ли налогоплательщик дело с другими недобросовестными агентами раньше;
    • как именно проверялась платежеспособность потенциального партнера, его деловая репутация, наличие необходимых условий для выполнения сделки;
    • как оценивалась коммерческая составляющая сделки.

Формирование доказательной базы

Чтобы сформировать доказательства фиктивности сделки, сотрудники налоговой будут обращать внимание на такие обстоятельства и подробно их анализировать:

  1. Предварительный контакт. Были ли предварительные встречи или звонки между руководством или уполномоченными лицами налогоплательщика и потенциального партнера? Отсутствие личных контактов – почти гарантия нереальности сделки.
  2. Доказательства обсуждений. Обговаривались ли условия сделки? Если да, то, значит, она имела место в действительности. Подтверждения могут быть документальные (например, проект договора) и свидетельские.
  3. Осведомленность налогоплательщика. Знает ли контрагент, где именно находятся, к примеру, склады или торговые площади партнера? Если сделка имела место, он не может быть не осведомлен о таких важных моментах.
  4. Как получили информацию о контрагенте? Налоговая заинтересуется, откуда налогоплательщик получил сведения о партнере, если у того нет своего сайта, он не размещал рекламу в СМИ, не имеет рекомендаций от других партнеров и т.п.
  5. Проверяли ли лицензию? Если для осуществления деятельности контрагенту была необходима лицензия, а он ее не имеет, то налицо недостаточная проверка его добросовестности.

Рекомендации добросовестным налогоплательщикам

Самым простым способом избежать неприятностей с налоговой был бы совет не сотрудничать с однодневками. Однако от столкновения с ними никто не застрахован. Даже самая тщательная предварительная проверка может не дать негативных результатов, и при этом в контрагентах окажется недобросовестный партнер.

Например, фирма давно работает с данным контрагентом, не сомневается в нем, заказывает товар или услугу, и слышит ответ: «Это мы делаем через такую-то компанию». Товар получен, но потом выясняется, что «такая-то» компания оказалась однодневкой, и вот у добросовестного налогоплательщика появляются проблемы. Если он сможет доказать, что сделка была реальной, недобросовестность контрагента в данном контексте не будет иметь значения – он получит свой вычет НДС и включение расходов в базу налога на прибыль. Поэтому нужно позаботиться о своевременной фиксации доказательств, которые будут признаны налоговиками или судом.

ВНИМАНИЕ! Если фирма получила запрос из налоговой о предоставлении документов, касающихся взаимоотношений с тем или иным агентом, это повод не ждать налоговой проверки, а исчерпывающе оказать свою добросовестность.

Доказательства предварительной проверки контрагента

Необходимо сохранять все данные проверки будущего партнера в виде бумажных документов или их сканов или скринов в электронном виде. Проверка должна проводиться не столько, «чтобы быть спокойным самому», сколько для того, чтобы обелить налогоплательщика в случае претензий к контрагенту. Среди этих документов могут числиться:

  • данные из открытых источников (реестры Минюса, ФНС, плательщиков НДС и т.п.);
  • дополнительные документы (не только учредительные, но и доказывающие наличие материально-технической базы, необходимой для оказания услуги или поставки товара).

Регламент заключения договоров

С юристом или самостоятельно руководству следует разработать и утвердить внутренний нормативный документ, регламентирующий способ отбора контрагентов, и в дальнейшем не нарушать эту процедуру при отборе новых потенциальных партнеров.

Аккуратная первичка

Следует составить перечень основных хозяйственных операций, которыми занимается фирма, и соответствующий им набор обязательных первичных платежных документов:

  • накладные;
  • акты выполненных работ или оказанных услуг;
  • отчеты о выполненной работе;
  • счета-фактуры;
  • счета на оплату;
  • технические заявки и др.

Набор первичной документации, доказывающей реальность сделки, будет отличаться в зависимости от предмета конкретной сделки: поставка товара, оказание услуги, выполнение работы.

Обязателен контроль составления всей первичной документации, сопровождающей сделку, и ее непременное сохранение. Чем больше корректной первичной документации, тем меньше вопросов у налоговой по поводу реальности сделки.

Дополнительные доказательства

Приведенные выше рекомендации должны стать частью повседневной деятельности компании. Но иногда можно применить и дополнительные доказательства, уже прошедшие «обкатку» судебной практикой:

  1. Прозрачная дальнейшая судьба предмета сделки. Если налоговые органы сомневаются в реальности сделки с материальными объектами либо правом на имущество, их может убедить отслеживание пути этого товара. Если фирма-налогоплательщик использует их в производстве, продала третьим лицам или они имеются в наличии, сделка не может быть фиктивной.
  2. Налог на имущество платится только с реальных товаров! Если налоговая признала объект спорной сделки базой налога на имущество, значит, сделка была действительной либо налог на имущество окажется переплаченным. Это может быть дополнительным аргументом против налоговой в суде.
  3. «От противного». Фирма может обратиться в третейский суд с иском о признании сделки недействительной и взыскании расходов по ней с контрагента. Тогда доказательства реальности сделки будут подтверждены другой инстанцией. Если сделка была реальна, это будет несложно, тем более истец сам в этом заинтересован. Третейское решение – сильный аргумент, хотя формально оно не имеет законодательной силы для арбитражного суда.
  4. Заключение стороннего эксперта. Закон разрешает налогоплательщику самостоятельно проводить экспертизу по существу дела. Это затратный способ для ответчика, но в случае выигрыша дела расходы возместит налоговая. Экспертиза будет особенно уместна, если налоговики обвиняют в завышении указанных расходов.
  5. Свидетельские показания. Налоговики могут вызывать свидетелей по своему усмотрению, но если дело доходит до суда, там это право есть и у налогоплательщика. Он подает ходатайство о заслушивании свидетеля, отмечая в нем, какие обстоятельства дела он может прояснить (например, видел, как разгружали привезенный товар и т.п.). Реальность сделки может быть подтверждена свидетельскими показаниями, и чем их больше, тем лучше.

Гораздо лучше и эффективнее не собирать доказательства по факту налоговых требований, а иметь их наготове всегда и по любой сделке, особенно с высоким суммовым порогом или увеличенной степенью риска.

>Как доказать реальность сделки

Что проверяют налоговики

Алгоритм действий налоговых органов при проверке сделки достаточно прост. Сначала проверяется сама фирма: действительно ли то лицо, которое фигурирует в документах как руководитель организации, является таковым; соответствуют ли эти сведения данным из ЕГРЮЛ и т.п. На следующем этапе проверяются фактические обстоятельства совершения сделки: имелись ли у сторон силы и средства для выполнения взятых на себя обязательств (персонал, транспорт, помещения и т.п.).

Собственно, отталкиваясь от этого алгоритма, и надо строить стратегию документального противодействия попыткам инспекторов признать сделку совершенной только на бумаге.

Что советует ВАС

Дела, касающиеся мнимых, то есть совершенных только для вида сделок (ст. 170 ГК РФ), неоднократно доходили до Высшего арбитражного суда. По итогам рассмотрения одного из таких дел, Президиум ВАС РФ вынес постановление от 25.05.10 № 15658/09, в котором дал своеобразную шпаргалку по проверке контрагентов. Налогоплательщикам рекомендуется проверять у контрагентов наличие необходимого имущества, материальных и трудовых ресурсов, лицензий, требующихся для выполнения обязательств по договору. Не лишним будет предварительно оценить деловую репутацию, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и обеспечение их исполнения.

Правда, при этом ВАС РФ не указал, какими именно документами должны подтверждаться данные факты. Да и получение таких документов далеко не всегда находится в компетенции бухгалтера. Тем не менее, довести эту информацию до руководства не помешает.

Напомним, также, что проверить, обладает ли потенциальный контрагент признаками фирмы-однодневки, можно с помощью сервиса «Контур-Фокус». Данный сервис позволяет всего за несколько минут узнать, о том, что фирма расположена по адресу массовой регистрации либо имеет «массового» директора или учредителя.

Документы, подтверждающие реальность

Напомним, что в этой статье мы говорим не о тех документах, которые специально запрашиваются у контрагентов до или после совершения сделки, а о тех, которые имеются в бухгалтерии, или бухгалтер может стать инициатором их создания или получения.

Итак, начнем. Понятно, что по реальной сделке в бухгалтерии должны иметься платежные документы, подтверждающие, что средства действительно переводились. Эти документы уже могут стать весомым доказательством того, что сделка прошла не только на бумаге.

Также в бухгалтерии могут быть банковские выписки движения денег по счетам поставщиков и подрядчиков. Такие выписки обычно предоставляются при сверке расчетов и закрытии сделок. Из этих выписок можно почерпнуть немало информации. Самое важное, убедиться, что оплата по сделке действительно была получена контрагентом. Также этот документ может свидетельствовать о том, что по счету были и другие операции, с другими контрагентами. Это подтверждает, что фирма не однодневка и создана не для одной операции.

Кроме того, если выписка развернутая, то из нее можно увидеть, что контрагент выполняет свои обязательства по аналогичным сделкам, заключенным с другими организациями; закупает товары, работы или услуги, необходимые для исполнения договорных обязательств и т.п. И даже, что он уплачивает налоги.

Все эти факты являются косвенным подтверждением реальности сделки. На их основании можно отстаивать расходы по налогу на прибыль и вычеты по НДС, даже в том случае, если руководитель организации-контрагента оказался подставным лицом, либо фирма была создана по подложным или потерянным документам (п. 1 ст. 252, п. 2 ст. 169 НК РФ, постановления ФАС Московского округа от 01.08.11 № КА-А40/7974-11-2 и от 05.09.11 № А41-10472/10).

Эффективность – запретный прием

Иногда инспекция, отчаявшись найти доказательства нереальности сделки, ссылается на то, что операция экономически нецелесообразна. Дескать, товары можно было купить без посредников, доставку можно было осуществить более дешевым транспортом и т.д.

Подобные споры доходили до Конституционного суда, который четко указал: полномочия по оценке эффективности и целесообразности сделок имеет только налогоплательщик. В налоговом законодательстве эти термины не используются, и оно не направлено на то, чтобы регулировать эффективность хозяйственной деятельности. Поэтому у налоговых инспекторов нет права оценивать результаты деятельности налогоплательщика по критериям целесообразности, рациональности или эффективности (определения КС РФ от 04.06.07 № 366-О-П и № 320-О-П).

Для купли-продажи – учет

Разобравшись с общим перечнем документов, которые могут подтверждать реальность любой сделки, остановимся на документах, которые составляются при совершении основных видов договоров, заключаемых в хозяйственной деятельности. Речь идет о договорах купли-продажи, подряда и оказания услуг. Начнем с первого.

По договорам, связанным с приобретением товаров, реальность сделки можно подтвердить документами, фиксирующими дальнейшую судьбу купленных материальных ценностей. Если это товары для перепродажи, то для подтверждения сделки пригодятся договоры и накладные, по которым производилась дальнейшая отгрузка товаров. Если это сырье, то желательно иметь документы об отпуске в производство и т.п.

Также для доказывания реальности сделки можно использовать документы, подтверждающие, что товар действительно поступал в распоряжение организации. Например, это могут быть складские квитанции и прочие отчетные формы по складу; материальные пропуска, по которым товар ввозился на территорию предприятия или вывозился с нее; накладные о передаче товара ответственным лицам и т.п. Судьи считают подобные документы доказательствами реальности сделки (постановление ФАС Московского округа от 05.09.11 № А41-10472/10).

Для работ – калькуляция

Несколько иначе обстоит дело с договорами подряда. Тут все зависит от того, что явилось результатом выполнения работ. Если в качестве такового выступает физический объект, который можно использовать как товар, сырье или для собственных нужд компании, то подтвердить реальность сделки проще всего документами, отражающими дальнейшую судьбу результата работ.

Если же по договору подряда приобретались работы, результат которых отдельно материализовать нельзя (например, работы по погрузке-разгрузке, монтажу и т.п.), то реальность подобного договора подтвердить сложнее. Понятно, что в любом случае понадобится подписанный сторонами акт приемки работ. Но, обычно, одного этого документа недостаточно. Для подтверждения сделки желательно иметь всевозможные калькуляции, промежуточные акты, служебные записки и т.п., из которых можно четко понять, какого рода работы производились, зачем они были нужны и как их результат использовался в общей операционной деятельности организации. Соответственно бухгалтер, принимая документы по такому договору, может заранее, не дожидаясь проверки, инициировать составление и получение таких бумаг, и тем самым значительно повысить налоговую безопасность операции.

Для услуг – отчет

Самым сложным с точки зрения подтверждения реальности является договор возмездного оказания услуг. Связано это с тем, что результаты оказания услуг нематериальны и в большинстве случаев существуют в буквальном смысле только на бумаге (речь идет о всевозможных отчетах, актах и т.п.). Поэтому данные документы надо составлять как можно подробнее. Так, если услуга предполагает наличие хоть какого-то материального результата – базы данных, отчета, презентации и т.п., то этот результат обязательно надо передавать по акту. При этом нужно указать, что база данных, отчет и проч. являются результатом выполнения обязательств по договору (с указанием реквизитов).

Также подтверждать реальность договора оказания услуг могут документы, из которых следует, что результаты реально использовались в производственной деятельности организации. Такими документами, в частности, могут быть внутренние приказы по организации. Например, если приобретались услуги по кадровому консалтингу, то реальность сделки можно подтвердить как отчетом консалтинговой компании, так и приказами о введении системы мотивации или изменении организационной структуры предприятия в соответствии с рекомендациями, данными в отчете. В таком случае бухгалтер может не только инициировать издание подобных приказов, но и проследить, чтобы в «шапке» приказа было прямо указано, что он издан на основании отчета консалтинговой компании. Копию такого приказа нужно будет приложить к договору.

Аналогичным образом надо поступать с другими подобными услугами – маркетинговыми, рекламными и т.п. – везде фиксировать результаты, получаемые от исполнителей, а также мероприятия, проводимые в связи с этим внутри организации. По образовательным услугам можно посоветовать вести видеозапись обучения, проводимого сторонней компанией и сохранять данные видеозаписи на случай спора. Все это также позволит существенно снизить налоговые риски.

Что такое фиктивная сделка? Оказание мнимых услуг

Фиктивная или мнимая сделка – произведенные на рынке манипуляции, которые не несут изменений в правовом и имущественном статусе, а лишь создают видимость приобретения или продажи. Признание сделки недействительной может повлечь ряд проблем с законодательными органами и налоговой инспекцией, в частности, если фиктивность совершенной сделки была признана судом.

Наибольшее количество сделок, не меняющих права имущества, совершается для личной выгоды манипулятора. Например, предчувствуя арест или изъятие имущества, человек передает в дар родственникам недвижимость или авто – такая сделка может быть признана ничтожной (недействительной).

Чтобы не стать причастной к отмыванию денег, компании необходимо разбираться в основных способах незаконной легализации доходов. Это позволит сохранить деловую репутацию на должном уровне.

Несколько лет назад использовались такие способы, как создание фирм-однодневок, совершение операций на рынке недвижимости. С развитием сети интернет и набирающей популярность возможностью совершать оплату электронными деньгами, в виртуальном пространстве также стали появляться способы для отмывания денег.

История и причины возникновения явления отмывания денег

Классическое понимание отмывания денег возникло в то время, когда еще только появлялась рыночная экономика, а также начала развиваться банковская система. Наиболее состоятельные граждане уже тогда пытались скрыть от государства свои доходы. Добиться этого можно было путем предоставления ложных сведений о получении прибыли.

Легализация денег это перечень мероприятий, позволяющих уйти от налогообложения, избежать конфискации имущества или скрыть свои накопления от государства. Особый расцвет и разработку новых способов отмывания денег в банках начали активно применять в Соединенных Штатах Америки в начале прошлого столетия.

Что такое легализовать деньги сегодня? Это прежде всего перевод средств, полученных незаконным путем, из теневой экономики в официальную.

Что представляет собой легализация доходов?

Чтобы понять, что такое легализация доходов, следует рассмотреть принцип классической схемы отмывания доходов. Он включает несколько этапов:

— получение денег незаконным способом;

— внедрение полученных средств в финансовую систему;

— перемещение денег от источника прибыли третьим лицам;

— вывод наличных денежных средств законным способом. Чаще всего путем открытия новой компании или совершения крупной покупки.

Распространенные способы отмывания денег

Отмывать деньги — что это? Для ответа на этот вопрос следует знать о наиболее распространенных способах легализации доходов. Среди них выделяют:

— размещение;

— структурирование или смурфинг;

— совмещение;

— вывод средств за границу;

— работа с фальшивыми счетами.

Отмывание денег любым из указанных способов имеет сильные стороны и недостатки. В зависимости от обрабатываемой суммы, экономической обстановке и исходных данных злоумышленники выбирают наиболее интересную для них схему.

Размещение представляет собой вложение денег в кредитные организации в виде вкладов или депозитов. Поскольку при размещении средств на счете контролирующие органы легко могут проверить всю интересующую информацию, данный способ не подходит для отмывания больших сумм. Отмывание денежных средств банком предполагает внесение небольших сумм на различные счета. Чаще всего такие поступления производятся регулярно.

Смурфинг предполагает деление суммы незаконно полученных средств на маленькие суммы, которые потом и используются для легализации. Данный способ можно отнести к отмыванию банком денежных средств.

Совмещение нелегальных денег с легальными позволяет значительно снизить размер налогооблагаемой базы. Кроме того, через счет открытой и осуществляющей деятельность официально фирмы, могут быть введены и выведены небольшие суммы, полученные преступным путем.

Отмывание денег с использованием подставных фирм и выставлением фальшивых счетов

Что такое отмывание денег через подставные фирмы? Данный способ позволяет использовать в процессе отмывания денег организацию, которая была открыта с этой целью. Вероятнее всего, после окончания данной операции компания будет закрыта. Однако через ее счет пройдет определенная сумма средств. Отследить данные махинации очень сложно, особенно если работа велась с небольшими суммами.

Часто мошенники используют при легализации денег компании, зарегистрированные в оффшорных зонах, где не распространяются требования российского законодательства. Это удобный способ вывести финансы за границу, после чего использовать их по своему усмотрению.

Самый простой и часто использующийся способ легализации средств – выставление фальшивых счетов. В современном мире ежеминутно происходит большое количество финансовых операций, и контролирующие органы просто не в состоянии обработать все поступающие запросы. Выставление фальшивого счета предполагает оплату значительно завышенной стоимости оказанных услуг через подставную организацию. Разница между реальной стоимостью и суммой, проведенной по счету, делится между участниками сделки на заранее оговоренных условиях.

Традиционные типы фиктивных сделок

Несмотря на мнимость своей природы, заключение фиктивных сделок преследует вполне объективные финансовые интересы – чаще всего, проведение убытков и существенное уменьшение суммы налогов. Существует ряд схем, именуемый на американском рынке не иначе как wash money – отмывание денег.

Кадр из к/с «Во все тяжкие»

Спекулятивная закупка товаров

Опорой рыночной экономики всегда являлся спекулятивный интерес: чем больше продавцу удается «накрутить» на товар, тем успешнее развивается его бизнес. Поскольку основная система налогообложения подразумевает расчет от дохода, а не суммарной выручки, предпринимателю целесообразно показать в отчетности более высокие цены на закупку товара.

Таким образом, возникает целая цепочка фиктивных сделок – от производителя к одному поставщику, затем к другой оптовой компании и только после этого непосредственно в розничную торговлю. При закупке товара через сеть «искусственных» контрагентов прекрасно накручивается стоимость, а величина налога падает. Подобные схемы хорошо изучены и проверяются запросом документов от контрагента предприятия.

Оказание мнимых услуг

С появлением и активным развитием фриланса появилась новая схема, согласно которой, компания заключает договор на оказание услуг, по факту же все работы выполняются ее же сотрудниками. Таким образом, фактические расходы так и не покидают границ предприятия. Так же есть услуги, оказание которых очень сложно проверить, а доказать еще сложнее:

  • Анализ продаж в различных разрезах
  • Анализ структуры ассортимента и продуктового портфеля
  • Анализ клиентской базы и ее динамики и т.д.
  • Мониторинг эффективности работы персонала
  • Контент-анализ
  • Разработка стратегии выведения нового товара (услуги) на рынок
  • Разработка регламентов
  • Ценовой мониторинг
  • Мониторинг участников заданного сегмента рынка
  • Мониторинг вашего присутствия в сети Интернет
  • Разработка системы мотивации
  • Мониторинг спроса и рыночных трендов
  • Исследование конкурентов
  • Разработка планов и стратегии маркетинга
  • и т.д.

«Родственные» продажи и перепись имущества

Нередко в качестве фиктивной сделки могут рассматриваться и договоренности, достигнутые между родственниками. Исполнительным органам может показаться, что подобная операция была проведена без материального вознаграждения продавца, а поэтому и является фиктивной. Оспорить этот аргумент могут только документы: договор купли продажи и банковская квитанция, свидетельствующая о переводе денег на счет.

Иногда выгодные сделки обретают сходство с фиктивными. Так, используя стратегию стремительно набора, а затем сброса пакета ценных бумаг, вы должны уметь обосновать свои действия перед компетентными органами

Ответственность за отмывание денег

Кодексом административных правонарушений (статья 15.27) и Уголовным кодексом (статья 174) предусмотрена ответственность за это деяние.

Наказание может включать штраф до ста двадцати тысяч рублей или в размере годового дохода.

Если был доказан факт легализации в особо крупных размерах, нарушителю грозит:

— штраф до двухсот тысяч рублей;

— принудительные работы сроком до двух лет;

— лишение свободы на тот же срок с выплатой штрафа в размере до пятидесяти тысяч рублей.

Если преступление совершено группой лиц, наказание будет более суровым.

Важно помнить, что отмывание денег – это незаконная деятельность, которая угрожает безопасности и финансовому спокойствию нарушителя, не позволяет обществу гармонично развиваться.

Использование нелегальных финансовых схем позволит сократить сумму налоговых выплат. Однако вероятность наступления негативных последствий гораздо больше, чем получение данной выгоды.

В соответствие с налоговым законодательством, сделка признается фиктивной в случае, если основанием для ее заключения выступало получение налогоплательщиком необоснованной экономической выгоды. В статье разберем, как ФНС определяет фиктивные сделки и какая ответственность предусмотрена за их заключение

Необоснованная экономическая выгода от фиктивных сделок

Ст. 54.1 НК РФ содержит определение, в соответствие с которым налогоплательщик, занизивший свои налоговые обязательства перед бюджетом признается таковым, кто получил необоснованную экономическую выгоду.

Сумма занижения в данном случае значения не имеет. Существенно важным является сам факт недоплаты налога (сбора, взноса, т.п.).

Основанием для получения необоснованной экономической выгоды является факт занижения налогооблагаемой базы вследствие ошибки либо намеренных действий налогоплательщика.

Таким образом, фиктивная сделка, заключенная с целью уменьшения налогооблагаемой базы, признается необоснованной экономической выгоды, полученной в результате предварительного умысла налогоплательщика.

Подробнее о необоснованной экономической выгоде налогоплательщика – в инфографике ниже:

Как ФНС определяет фиктивные сделки

В марте 2017 года налоговики выпустили письмо №ЕД-5-9-547, посвященное теме получения необоснованной экономической выгоды. В письме сотрудник ФНС описали основания и признаки, по которым налоговые инспекторы определяют фиктивные сделки.

Основные признаки

В соответствие с разъяснениями ФНС, фиктивные сделки, совершенные налогоплательщиками с целью получения необоснованной экономической выгоды, определяются по следующим признакам:

  1. Необоснованный выбор контрагента. Одним из условий признания сделки фиктивной является необоснованный выбор налогоплательщиком контрагента для ее заключения. В частности, речь идет о сделках с фирмами-однодневками и организациями, юрадрес которых находится в местах массовой регистрации. Также важным «маркером» неблагонадежности контрагента является его низкий рейтинг в сфере, многочисленные негативные отзывы, неисполнение обязательств, т.п.
  2. Оценка условий сделки. При проверке сделки на фиктивность инспектор ФНС уделяет особое внимание изучению условий соглашения. В частности, договор приобретает признаки фиктивности в случае, если обнаружено существенное завышение его цены (в сравнении с рыночными ценами с отрасли), либо обнаружена напрозрачность предмета договора (нет четкого перечня оказываемых услуг/выполняемых работ, в связи с чем невозможно достоверно определить факт и качество его выполнения).
  3. Сделка с контрагентом-должником. Одним из этапов проверки договора на достоверность является проверка контрагента на наличие налоговых обязательств перед бюджетом. Если контрагенту присвоен низкий класс выполнения налоговых обязательств, то это является одним из оснований признания сделки фиктивной.

Вышеуказанные признаки фиктивной сделки, приведенные ФНС в письме №№ЕД-5-9-547, являются в большей степени обобщающими маркерами, нежели конкретными показателями, по которым налоговики могут признать сделку недействительной. Окончательное решение принимается индивидуально и зависит от комплекса факторов и особенностей заключения каждой конкретной сделки.

Какие документы ФНС может запрашивать при проверке

Факт получения необоснованной экономической выгоды на основании заключенной фиктивной сделки определяется по итогам налоговой проверки (как правило, выездной). В ходе проверки налоговики могут запрашивать следующие документы:

  1. Документы о сделке. В данный пакет входит непосредственно договор, дополнительные соглашения (при наличии), счета-фактуры, акты выполненных работ, квитанции об оплате. Важно, чтобы все документы были оформлены должным образом (наличие обязательных реквизитов, подписей, печатей, расшифровок сумм и т.п.).
  2. Документы о выборе контрагента. Если выбор контрагента производился на основании тендера, то инспекторы ФНС потребуют полный пакет документов о его проведении (приказ, список участников, предложения цены, основание для принятия решения). Если тендер отсутствует, то в ФНС необходимо будет предоставить документы, подтверждающие поиск и отбор контрагента по определенным критериям, а также результаты такого мониторинга.
  3. Переписка с контрагентом. В ходе проверки налоговики запрашивают переписку с контрагентом, предшествующую заключению сделки. Сюда относят письма на бумажном носителе, а также переписку по электронной почте и в интернет-месенджерах. Важно, чтобы суть переписки отражала намерение о заключении сделки с целью получения товаров (работ, услуг). Также содержание переписки должно отражать предварительные условия договора (объем и сроки поставки/оказания услуг, стоимость, срок действия договора, т.п.).

Помимо вышеперечисленных, ФНС вправе запросить дополнительные документы касаемо сделки, особенностей ее заключения, а также документов, необходимых для проверки контрагента.

Как ФНС обрабатывает полученные документы

Получив необходимые документы, инспекторы приступают к их проверке, обращая внимание на отсутствие:

  • личных контактов между поставщиков (подрядчиком) и заказчиком (отсутствует переписка между ответственными представителями организаций;
  • документов, подтверждающих полномочия подписанта со стороны контрагента (в договоре нет ссылки на доверенность руководителя компании-контрагента);
  • данные о фактическом местонахождении контрагента (в договоре отсутствует адрес либо указан юрадрес массовой регистрации);
  • информации, по которой можно было бы дополнительно проверить контрагента (у контрагента нет сайта, рекламы в СМИ, фактического представительства, т.п.);
  • данных о регистрации контрагента в ЕГР;
  • сведений о наличии у контрагента необходимой лицензии (если его деятельность подлежит лицензированию);
  • информации о других участниках рынка, которые могут предлагать аналогичный товар (работу, услугу) более высокого качества и/или по более низкой цене.

Даже один из вышеуказанный признаков является для ФНС маркером фиктивности сделки. Если ФНС обнаружен комплекс признаков, то с высокой долей вероятности можно считать, что налоговики признают сделку недействительной.

Признание необоснованной экономической выгоды от фиктивной сделки

Если по итогам проверки ФНС признали сделку фиктивной, то эта информация отражается в акте проверки. В документе инспекторы приводят аргументы, по которым договор считается фиктивным, а выгода, полученная от его заключения – экономически необоснованной.

На основании акта ФНС:

  • признает сделку недействительной;
  • аннулирует доходы (расходы, вычеты, т.п.), отраженные на основании сделки;
  • начисляет штраф за получение организацией необоснованной экономической выгоды.

Размер штрафа за фиктивные сделки определяется на основании ст. 122 НК РФ. Заключение сделок с целью получения необоснованной экономической выгоды налоговое законодательство квалифицирует как преднамеренные действия налогоплательщика, за которые предусмотрен штраф в размере 40% от суммы недоимки.

Рассмотрим пример. Между АО «Фаворит» и ООО «Слава» заключен договора на оказание информационно-консультационных услуг стоимостью 12.000 руб.

На основании налоговой проверки, данный договор признан фиктивным по следующим основаниям:

  • ООО «Слава» зарегистрирован в ЕГР за 3 дня до заключения сделки с АО «Фаворит» и был снят с учета в течение 5 дней после подписания акта выполненных работ;
  • в период деятельность ООО «Слава» был зарегистрирован в местах массовой регистрации юрлиц;
  • документы, подтверждающие выбор контрагента на оказание данных услуг, у АО «Фаворит» отсутствуют;
  • нет подтверждения наличия личных контактов между представителями организаций, а также документов о предварительном согласовании условий сделки;
  • отсутствуют документы, подтверждающие полномочия подписанта договора со стороны ООО «Слава».

На основании акта проверки:

  • договор между АО «Фаворит» и ООО «Слава» признан недействительным;
  • расходы, отраженные АО «Фаворит» в размере 12.000 руб. в налоговом учете, аннулированы;
  • сумма неправомерного занижения налоговых обязательств по налогу на прибыль признана необоснованной экономической выгодой.

Размер недоимки по налогу, связанной с получением АО «Фаворит» необоснованной экономической выгоды, составил 2.400 руб. (12.000 руб. * 20%).

Помимо недоимки, АО «Фаворит» обязан оплатить в бюджет штраф в размере 960 руб. (2.400 руб. * 40%).

Фиктивные сделки для «обналички» и прочих налоговых злоупотреблений: антисоциальные, мнимые или притворные?

Некоторое время тому назад Артем Георгиевич Карапетов в своем блоге на Фейсбуке задал вопрос аудитории – как квалифицировать договор в виде договора оказания услуг, который компания «заключила» исключительно с целью прикрыть перечисление денежных средств без надлежащего встречного предоставления и с целью занижения налоговой базы.

Варианты были предложены известные: квалифицировать такую сделку по ст. 169 ГК РФ, как сделку, противную основам правопорядка и нравственности, либо по п. 1 ст. 170 ГК РФ как мнимую, либо по п. 2 ст. 170 ГК РФ как притворную.

Еще только пробежав глазами публикацию я самонадеянно решил, что ответ не должен быть сложным: по применению ст. 169 ГК РФ к подобным случаям уже достигнут определенный консенсус, а разграничить сделку в рамках ст. 170 ГК РФ не должно быть особо трудно. Однако, вдумавшись в суть вопроса и почитав предложенные коллегами ответы на него, я понял, что все не так уж и просто.

И если возможность применения к изучаемым отношениям ст.169 ГК РФ действительно может быть отставлена, на мой взгляд, практически сразу, то в части квалификации действий в рамках ст. 170 ГК РФ надо немного подумать.

Против квалификации обсуждаемой сделки как противной основам правопорядка и нравственности есть соображения как догматического, так и политико-правового характера, которые широко обсуждались и до меня.

Статья. 169 ГК РФ, как известно, устанавливает недействительность сделок по основанию противозаконности, то есть по основанию, пересекающемуся с основанием недействительности, установленным 168 ГК РФ. Но противозаконности не простой, а, в отличие от ст. 168 ГК РФ, выражающейся не в формальном противоречии содержания сделки предписаниям закона, а ее противоречия основам правопорядка и нравственности в самой цели совершения сделки, из чего толкованием выводится также признак умышленность совершения этой сделки с такой целью (тут уже статья начинает напоминать применяемую судами связку ст. 10 и ст. 168 ГК РФ).

Вполне обоснованно мнение, что как совершенную с целями противоречащим основам правопорядка и нравственности можно представить, в общем, любую сделку . Особенно, если критерии того, что есть эти самые основы, определены нечетко. Из этого можно заключить, что если мы отпустим такую статью в «свободное плавание» без ограничительного толкования, вопрос противоречия конкретной сделки основам правопорядка и нравственности целиком уйдет в сферу судебного усмотрения, что ярко можно проиллюстрировать цитатой из практики Конституционного Суда, не видевшего, к слову, в таком положении вещей ничего страшного: «Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий» (Определение Конституционного Суда РФ от 8 июня 2004 г. N 226-О) . Получалось, что антисоциальными могут начать признаваться вообще любые сделки, имеющие целью нарушения каких угодно норм закона, что и начало проявляться особенно ярко как раз таки в спорах о признании недействительными сделок, способствовавших уклонению от уплаты налогов .

По указанной причине и среди юристов и в судебной практике стало господствовать мнение, что ст. 169 ГК РФ все-таки должна применяться не просто к противозаконным сделкам, лишь не соответствующим по своим условиям императивным нормам, но покушающимся на правопорядок всем своим составом, причем покушающимся действительно на какие-либо его фундаментальные нормы. Как разъяснялось еще в Постановлении Пленума ВАС РФ Пленума ВАС РФ № 22 от 10 апреля 2008 г. «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации», а впоследствии и перенесено п. 85 Постановления Пленума ВС РФ №25 от 23 июня 2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»: » … К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми» .

И к этому был добавлен еще один ограничитель: «Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно» (тот же п.85 Постановления Пленума №25 от 23.06.2015) .

То есть для квалификации сделки по данной статье ее противность основам правопорядка и нравственности должна заключаться не в самом по себе совершении сделки вопреки положениям норм позитивного права – иначе бы под ее действие попадали все без исключения противозаконные сделки, и из гражданского кодекса можно было бы исключить ст. 168, устанавливающую недействительность «простых» противозаконных сделок, да и множество иных специальных составов недействительности сделок — а в нарушении сделкой таких коренных основ правопорядка, которые вообще выводят отношения по этой сделке из обычного гражданского оборота в совокупности с умыслом на совершение ее именно с такой целью.

Чтобы у судов не было сомнений, что сделки, которые хотя и способствуют уклонению от уплаты налогов, но не имеют своим предметом полностью незаконные действия, не квалифицируются по ст.169 ГК РФ было прямо разъяснено, что «Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности»

Такое понимание ст. 169 ГК РФ, ограничивающее известным образом ее действие я считаю совершенно целесообразным согласно духу системы гражданского законодательства, устанавливающего большое количество специальных составов недействительности сделок именно потому, что их узкое толкование и применение необходимо для поддержания стабильности оборота, уверенности в действительности актов. Запускать в эту систему норму — универсальную убийцу сделок не следует.

Применительно к приведенной Артемом Георгиевичем в качестве примера сделке ее тестирования на действительность по ст. 169 ГК РФ будет выглядеть следующим образом. Анализируемая сделка представляет собой безвозмездное перечисление денежных средств, находящихся в собственности юридического лица в пользу третьих лиц, часто подставных, с последующим получением выведенных средств в пользу бенефициаров компании, которые обращают их, в конечном итоге, в свою собственность, или непосредственное перечисление таких денежных средств самим бенефициарам. При этом, чтобы такая хозяйственная операция уменьшала базу для уплаты налогов, необходимо, чтобы уплата этих денежных средств производилась за какое-либо экономически обоснованное встречное предоставление. И сделка ради этого облачается в «одежды» возмездного договора. Но изначальная суть сделки от этого не изменяется. Такая сделка налоговую «экономию» имеет только в качестве побочного «бонуса». Ничего ведь не мешает сторонам, например, если они одумаются, все-таки не учесть перечисление по ней в перечне расходов, заплатить с нее прочие налоги, и оставить ее странные одежды только как причуду владельцев бизнеса. И убыток государства от совершения такой сделки также не превышает сумму не уплаченных от занижения такой сделкой налоговой базы налогов, то есть не составляет всю сумму операции. То есть не образуется всего состава недействительности сделки, который требуется при узком толковании ст. 169 ГК РФ, а применение последствий ее недействительности в виде взыскания всего полученного по ней в доход государства будет явно неадекватно. (Вообще, на мой взгляд, такое последствие недействительности сделки по ст. 169 ГК РФ, уж покуда оно может быть введено законом, может устанавливаться разве что только в отношении сделок с предметами, изъятыми из оборота полностью по мотивам их опасности для жизни и здоровья или использованными в преступных целях).

Если же сделка облачена в ненадлежащую форму еще и с целью вывода активов должника от кредиторов или участников общества, то тут имеются иные, специально введенные для оспаривания таких сделок, нормы – оспаривание крупных сделок и сделок с заинтересованностью, конкурсное оспаривание сделок во вред кредиторам, наконец, связка ст. 10 и ст. 168 ГК РФ что имеет право на существование, хотя использование ее и может быть подвергнуто критике по тем же соображениям, что и широкое применение ст. 169 ГК РФ.

Получается, что во всех основных случаях, когда совершение обсуждаемой сделки образует состав противоправного деяния, закон предусматривает специальные механизмы восстановления прав лиц, чьи права затронуты совершенной сделкой. И, в любом случае, сделка никогда не будет иметь полностью незаконный состав, что, на мой взгляд, необходимо для квалификации ее по ст. 169 ГК РФ.

Если квалифицировать недействительность обсуждаемого типа сделок по ст. 169 ГК РФ я считаю неправильной, то из предложенных вариантов остались п. 1 или п. 2 ст. 170 ГК РФ, то есть квалифицировать такую сделку как мнимую, или же как притворную.

Первым пришедшим мне в голову решением было определить сделку как мнимую. Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ «мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна».

Вроде бы обсуждаемый нами «договор оказания услуг» этим самым договором оказания услуг не является, услуги никто никому оказывать не собирается, то есть стороны, кажется, действительно заключают его «лишь для вида», не собираясь исполнять. Этот аргумент склоняет в пользу мнимости такой сделки.

Но следует также учесть, что такая сделка не представляет из себя совсем «ничто», или, во всяком случае, не всегда представляет. За ней часто кроется некое реальное действие – передача денежных средств. Мы ведь даже уже особо подчеркнули это выше, при анализе возможности квалифицировать обсуждаемую сделку по ст. 169 ГК РФ. Если это так, то получается, что это «сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях», то есть сделка, ничтожная на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ как притворная.

Однако, так разрешить вопрос было бы легко, если бы критерием разграничения мнимых и притворных сделок был сам по себе факт их «механического» исполнения. Есть сделка, стороны которой не желают ее реальных последствий и есть исполнение – сделка притворна, нет исполнения – сделка мнимая. И долгое время такой критерий не только использовался для отграничения мнимой сделки от притворной, и часто приводил к тому, что полностью оставлялись в силе на самом деле фиктивную сделки. Такой подход обоснованно находил своих критиков. Многие обращали внимание на то, что мнимым может быть не только заключение, но и исполнение сделки, что и исполняться сделка может без намерения создать реальные последствия исполнения . Но с принятием Постановления Пленума ВС РФ №25 от 23 июня 2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судебная практика была скорректирована. В пункте 86 Постановления относительно мнимых сделок «…стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.»

Такое толкование п.1 ст.170 ГК РФ представляется правильным. Но не приводит ли оно к смешению составов мнимой и притворной сделок? Полагаю, что нет. Просто критерий для отграничения становится другим – таким, каким и должен быть и не отличающимся от того, каким образом отграничиваются от мнимых все другие сделки: » …главное — не в правовых последствиях, а в сохранении фактического контроля над соответствующим имуществом. Сделка, итогом которой не становится смена обладателя фактического контроля над имуществом, рискует быть признана мнимой» комментирует пленум Вадим Анатольевич Белов . То есть то, является ли сделка мнимой или нет (а там она уже может быть и притворной и какой угодно еще) есть тот, происходит ли реальная передача контроля над имуществом или иными благами между лицами, осуществляется ли посредством этой сделки то, что именуется гражданским оборотом или нет (причем в конечном итоге, ведь в процессе некий квази-оборот часто как раз таки происходит). А вот в притворной сделке реальное движение благ имеет место и является целью сделки.

И мнимая, и притворная сделки – это действия, которые совершаются с целью создать ложное впечатление относительно реально складывающихся между сторонами сделки отношений. Но в случае мнимой сделки стороны стремятся создать впечатление оборота благ между сторонами, когда в реальности такой цели не преследуют, в случае с притворной сделкой – при реальном обороте благ создать впечатление оборота благ под иной каузой, чем реально имеют в виду.

Применительно к поставленной задаче вышенаписанное означает, что если смоделированная нами сделка совершена между реально самостоятельными с точки зрения обособления их имущества лицами, имеет целью реальную передачу прав на денежные средства между этими лицами, но облачается в иную форму с некоей целью (уменьшения налоговой базы, создание впечатления возмездности, в иных целях), то налицо ее притворность. Если фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что вся цепочка действий не приводит к действительному движению благ между субъектами права – например, действующее в «схеме» юридическое лицо не обладает действительной обособленностью имущества, является лишь мошенническим инструментом и единственной целью всех манипуляций есть только создание вида хозяйственных операций, уменьшающих налоговую базу одного лица (например предпринимателя, «выводящего» на такую компанию свой личный доход под видом расходов и потом обратно получающий его уже под видом расходов фиктивной компании) – то сделка, и даже целая их цепочка, может являться мнимой.

1. Бежецкий А.Ю., Бобровская О.Н. Коллизии в правовом регулировании недействительности мнимых и притворных сделок // «Законодательство», N 4, апрель 2012 г.;

2. Белов В.А. «Двадцать пятое» постановление Пленума: толкование или… законодательство? // «Вестник экономического правосудия», N 11, ноябрь 2015 г.;

3. Определение Конституционного Суда РФ от 8 июня 2004 г. N 226-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Уфимский нефтеперерабатывающий завод» на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем третьим пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации «О налоговых органах Российской Федерации»

4. Постановление Пленума ВС РФ №25 от 23 июня 2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»;

Генезис

Актуальность вопроса о реальности сделок и хозяйственных операций в налоговом праве России возникла не на пустом месте – формированию этого критерия (требования) к операциям налогоплательщика предшествовала длительная история.

Изначально, с момента возникновения новой российской государственности, в налоговом праве России нормы, требовавшие от налогоплательщиков совершать только реальные сделки и операции, отсутствовали.

Борьба налоговых органов со злоупотреблениями налогоплательщиков, связанными с предоставлением фиктивных документов в подтверждение мнимых, совершенных лишь для вида операций и сделок, началась еще в 1990-е гг. и сопровождалась постоянным обращением к нормам Гражданского кодекса РФ, в частности к п. 1 ст. 170 ГК (мнимые сделки).

Кульминацией этой борьбы стали следующие акты толкования российского законодательства о налогах и сборах, в которых было разъяснено:

1) под фактически уплаченными поставщикам суммами налога подразумеваются реально понесенные налогоплательщиком затраты (в форме отчуждения части имущества в пользу поставщика) на оплату начисленных поставщиком сумм налога (Постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 2001 г. № 3-П);

2) обладающими характером реальных и, следовательно, фактически уплаченными должны признаваться суммы налога, которые уплачиваются налогоплательщиком за счет собственного имущества или денежных средств. При этом передача собственного имущества (в том числе ценных бумаг, включая векселя, и имущественных прав) приобретает характер реальных затрат на оплату начисленных поставщиками сумм налога только в том случае, если передаваемое имущество ранее было получено налогоплательщиком либо по возмездной сделке (и на момент принятия к вычету сумм налога полностью им оплачено), либо в счет оплаты реализованных (проданных) товаров (выполненных работ, оказанных услуг) (Определение КС РФ от 8 апреля 2004 г. № 169-О);

3) налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком не в связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Суд устанавливает наличие разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 4, 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 октября 2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», далее – Постановление № 53).

Таким образом, особое внимание КС РФ и ВАС РФ в рамках исследования правовой природы и существа сделок налогоплательщика для целей налогообложения всегда уделяли вопросу реальности затрат налогоплательщика для целей налогообложения, что вытекает из принципа экономической обоснованности налога, закрепленного в п. 3 ст. 3 и ст. 252 НК РФ.

Критерий реальности – проявление более общей доктрины приоритета существа над формой. При его применении к (по реальному содержанию отсутствующим, но «на бумаге» – присутствующим) фиктивным, мнимым сделкам и операциям налогоплательщика (т. е. операция «имеет форму без экономического содержания») изменяются налогово-правовые последствия совершения указанных сделок и операций: налоговым органом доначисляются недоимки, пени и штрафы по налогам, при этом гражданско-правовая квалификация сделки и исполнения по ней (операций по сделке) не изменяется.

Законодатель воспринял сложившиеся в судебной практике разъяснения и в дальнейшем их придерживался, что нашло отражение в следующих нормах права:

1) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок (п. 1 ст. 9 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»);

2) не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика (п. 1 ст. 54.1 НК РФ, введенной Федеральным законом от 18 июля 2017 г. № 163-ФЗ);

3) обязательство по сделке (операции) должно быть исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, – как второе условие, соблюдая которое налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога (подп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ).

Другими словами, на сегодняшний день в НК РФ, судебной доктрине и практике закреплена обязанность налогоплательщика соблюдать принцип (критерий, требование) реальности при совершении сделок и операций для целей налогообложения.

Типовой пример нереальной операции

Для окончательного уяснения ситуации следует привести классический пример злоупотребления по мотиву нереальности, связанного с оформлением и созданием видимости совершения «реальной операции».

Автором статьи такие примеры уже приводились для «АГ-Эксперт». По указанной ссылке желающие могут ознакомиться с материалом подробнее.

Для целей настоящей статьи уместно процитировать один из примеров злоупотребления, связанного с нереальностью операций, здесь:

«…Обществом “А” заявлен налоговый вычет НДС и использовано право на учет расходов по операции закупки рекламно-маркетинговых услуг у общества “Б”. В ходе проверки налоговый орган выявляет, что “Б” оказало услуги в меньшем объеме, чем декларируемый, или не оказывало их вовсе. Например, услуги по размещению рекламы на сайте, которые заявлены в акте к договору, не подтверждены скриншотами, а согласно ответу владельца сайта на запрос инспекции реклама никогда у него не размещалась и существует лишь на бумаге».

Такие эпизоды всегда являются предметом особого внимания налоговых органов при проведении проверок.

Как налоговый орган устанавливает нереальность сделок и операций

Установление реальности сделок в рамках мероприятий налогового контроля является обязанностью налогового органа (п. 5 ст. 82 НК РФ).

Как указано в Письме Федеральной налоговой службы России от 31 октября 2017 г. № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Письмо № ЕД-4-9/22123@), в рамках применения положений подп. 1 и 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью совершения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении фактов несоблюдения условий, указанных в подп. 1 п. 2 ст. 54.1 НК РФ), и (или) что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагентом, и налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ).

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, нежели лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Исходя из разъяснений, содержащихся в указанном Письме, установление факта нарушения налогоплательщиком хотя бы одного из приведенных в п. 2 ст. 54.1 НК РФ условий является отдельным обстоятельством, при наличии которого налоговый орган отказывает налогоплательщику в учете расходов и вычетов (подп. 1 п. 2 ст. 54.1 НК РФ, если есть доказательства наличия у налогоплательщика основной цели совершения сделки (операции) – неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) налога (сбора), и (или) подп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ, если материалы проверки свидетельствуют, что товар (работа, услуга) предоставлены иным лицом, а не заявленным контрагентом).

Предмет доказывания

Исходя из подп. 2 п. 2 ст. 54.1, п. 1 ст. 122 НК РФ, в предмет доказывания по делам о привлечении к налоговой ответственности за неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия) по мотивам отсутствия у налогоплательщика реальности исполнения обязательства по сделке (операции) лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, будет входить установление налоговым органом факта исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, нежели лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону; и (или) доказывание фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

В этих случаях налоговые органы используют такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие.

Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основными доказательствами могут выступать: информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросы их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, «непроблемных», контрагентов, выполняющих для налогоплательщика аналогичные работы (услуги), с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации (Письмо № ЕД-4-9/22123@, Постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23 октября 2017 г. № 08АП-12612/17 по делу № А75-2666/2017,Третьего арбитражного апелляционного суда от 28 апреля 2018 г. по делу № А33-13854/2017).

Кроме того, о необоснованности налоговой выгоды в связи с нереальностью операций могут свидетельствовать установленные налоговым органом обстоятельства, подтверждающие возможность влияния предпринимателя на условия и результат экономической деятельности, сделок, искусственность создания условий для использования налоговых преференций, согласованность и скоординированность действий между налогоплательщиком и его поставщиками/подрядчиками/зависимыми лицами либо подконтрольность «фиктивного» поставщика налогоплательщику.

О нереальности хозяйственной операции свидетельствуют и обстоятельства, перечисленные в п. 5 и 6 Постановления № 53, среди которых, в частности: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Разъяснения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ в Определении от 29 ноября 2016 г. № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015 («дело ООО «Центррегионуголь») ориентируют налогового правоприменителя и налогоплательщика на учет действительного (реального) совершения тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика: «В силу взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 252, статьи 313 Налогового кодекса при исчислении налога на прибыль налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму расходов, произведенных им в связи с совершением хозяйственных операций, которые подлежат отражению в налоговом учете полно и достоверно. Таким образом, условием признания понесенных организацией расходов при исчислении налога на прибыль является действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика… Применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием к учету, реальность соответствующих хозяйственных операций также является необходимым условием для использования налоговых вычетов».

Доказывание. Рекомендации по доказательственной работе

В соответствии с п. 1 Постановления № 53 представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Конкретные рекомендации по оценке выполнения критерия реальности налогоплательщиком приведены в нескольких практикообразующих делах ВАС РФ и ВС РФ.

Особый интерес представляет дело № А71-13079/2010 (ОАО «Камский завод железобетонных изделий и конструкций»), в ходе рассмотрения которого Постановлением Президиума ВАС РФ от 3 июля 2012 г. № 2341/12 решения судов были отменены, дело направлено на новое рассмотрение. ФНС России установила недостоверность сведений, представленных налогоплательщиком в документах, являющихся основанием для снижения налоговой базы по налогу на прибыль, что подтверждает умысел на получение необоснованной налоговой выгоды (нерыночность цен на товары). Реальность сделок и использование закупленных товаров в производстве налогоплательщика налоговым органом не оспаривались. ВАС РФ указал, что в данном случае налоговый орган был обязан определять затраты при исчислении налога на прибыль исходя из рыночных цен.

Таким образом, при неоспаривании реальности операций налогоплательщика налоговый орган обязан, учитывая в том числе положения п. 7 ст. 31 НК РФ, осуществлять перерасчет понесенных налогоплательщиком затрат.

В Определении от 3 февраля 2015 г. по делу № A07-4879/2013 (ЗАО «Опытный завод Нефтехим») Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ указала, что «…вопрос реальности совершения обществом спорных операций по приобретению сырья у поставщика неразрывно связан с обстоятельствами реального существования спорного товара при совершении операций, в т. ч. с обстоятельствами использования им приобретенного сырья в своем производстве. Отсутствие доказательств реального существования товара, приобретенного и использованного обществом при изготовлении готовой продукции, может свидетельствовать о создании обществом посредством привлечения определенного поставщика бестоварной схемы в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде минимизации налоговых обязательств в отсутствие реальности поставки спорного сырья путем создания формального документооборота».

Без подтверждения реальности существования товара рассмотрение спорных операций в качестве имеющих реальное экономическое существо недопустимо.

По делу № A33-666/2013 (ЗАО «Горные машины») СКЭС ВС РФ Определением от 4 марта 2015 г. № 302КГ14-3432 признала недействительным решение налогового органа. В основу судебного акта были положены свидетельские показания, анализ отражения операций в налоговой и бухгалтерской отчетности, который на самом деле подтверждал реальность спорных операций и наличие в них экономического смысла по приобретению обществом товара у поставщика.

Как отмечается в практике арбитражных судов округов, право на вычет возникает у налогоплательщика при условии фактической, реальной оплаты суммы налога продавцу за реально выполненные работы, услуги, реально переданные товары (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 21 августа 2014 г. № Ф09-4820/14 по делу № А60-41000/2013).

Таким образом, ввиду двустороннего характера реальности операций (реальная передача товара, выполнение работ, оказание услуг, а также реальность оплаты либо иного встречного предоставления) в рамках процесса доказывания налогоплательщику необходимо предоставить подтверждения их действительного совершения. Указанные выводы в судебной практике сложились еще на заре применения критерия реальности (Постановления ФАС Московского округа от 13 апреля 2010 г. № КА-А41/3420-10 по делу № А41-27133/2009, ФАС Поволжского округа от 17 сентября 2013 г. № Ф06-7842/13 по делу № А65-30369/2012, ФАС Волго-Вятского округа от 7 августа 2013 г. по делу № А29-8502/2012). В частности, факт реальности может быть подтвержден следующими доказательствами:

  • первичные учетные документы, представленные налогоплательщиком (товарные накладные, акты выполненных работ / оказанных услуг, приемо-сдаточные акты, акты сверки, акты приемки, складские свидетельства);
  • свидетельские показания лиц, причастных к совершаемым сделкам, в частности подписывающих первичные документы;
  • платежные поручения.

Таким образом, совокупность указанных доказательств позволит налогоплательщику обосновать факт реальности совершенных операций и оспорить тем самым незаконное решение налогового органа о доначислении налогов.

Из проанализированного следует, что для подтверждения реальности хозяйственных операций (в частности, закупки товаров и услуг), совершенных налогоплательщиком, фактического экономического существования спорных операций возможно использование следующих доказательств: документов складского учета организации, товарных, товаро-транспортных и внутризаводских накладных; книги покупок и продаж, книги входного контроля товаров; фактов пропусков транспорта (собственного, перевозчиков или контрагентов) на территорию имущественного комплекса налогоплательщика, маршрутных карт движения сырья и путевых листов; документов, подтверждающих дальнейшую реализацию произведенной из приобретенного налогоплательщиком сырья продукции (или свидетельствующих о перепродаже закупленных товаров или услуг), свидетельских показаний работников налогоплательщика и его контрагентов; платежных документов налогоплательщика и его контрагентов; банковских выписок о движении денежных средств на счетах проверяемого и его спорных поставщиков (подрядчиков).

Доказать реальность сделок

Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации»(далее — Закон № 163-ФЗ) в первую часть Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ) введена новая ст. 54.1″Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов», которая вступила в силу 19.08.2017г.

Эту дату следует запомнить, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 2 Закона № 163-ФЗ все налоговые проверки будут проводится по новым правилам, начиная с 19.08.2017 г., а именно положенияст. 54.1 будут применяться в отношении камеральных налоговых проверок налоговых деклараций (расчетов), представленных в налоговый орган после указанного дня, а также к выездным налоговым проверкам и проверкам полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после 19.08.2017г.

По этому вопросу уже имеется и определение Конституционного Суда РФ от 17.07.2018 г. №1717-О .Таким образом,Конституционный Суд РФ подвёл итог в череде многочисленных споров налогоплательщиков с налоговым органами:ст. 54.1 НК РФ обратной силы не имеет.

Сама статья 54.1 НК РФ по содержанию не большая, однако значение ее в правоприменительной практике разрешения налоговых споров велико. И вот почему.

Федеральная налоговая служба России (далее – ФНС России) еще до вступления в силу ст. 54.1 НК РФ выпустила письмо от 16.08.2017 г. № СА-4-7/16152@ О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 №163-ФЗ «О внесении изменений в первую часть Налогового кодекса Российской Федерации», в котором попыталась раскрыть суть новой статьи и ее применение на практике.

На мой взгляд, указанное письмо ФНС России во многом повторило позицию налогового ведомства, изложенную в письме от 23 марта 2017 г. N ЕД-5-9/547@ О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды, которое, в свою очередь, построено на выводах Верховного Суда РФ, изложенных в Определениях от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 по делу N А40-71125/2015 и от 6 февраля 2017 г. N 305-КГ16-14921 по делу N А40-120736/2015.

После вступления в силу ст. 54.1 НК РФ налоговое ведомство выпустило ряд других писем.

Однако следует обратить особое внимание на письмо ФНС России от 31 октября 2017 г. № ЕД-4-9/22123@ “О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации” (далее – Письмо от 31.10.2017), которое по сути представляет собой руководство для налоговых органов, как проводить налоговые проверки по новым правилам, установленным ст. 54.1 НК РФ.

С практической точки зрения ознакомиться с вышеуказанным письмом ФНС России будет полезно и для налогоплательщика, так как несмотря на провозглашение презумпции невиновности и добросовестности налогоплательщика, на практике последним все же приходится доказывать налоговым органам и суду, что доначисления налогов необоснованны и незаконны.

Сразу отмечу, что Письме от 31.10.2017 налоговое ведомство категорично заявляет о не применении положений всем известного и уже привычного постановления Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2006 г. №53″Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – постановление Пленума №53) к налоговым проверкам, подпадающим под действие ст. 54.1, поскольку данная статья «представляет собой новый подход к проблеме злоупотребления налогоплательщиком своими правами, учитывающий основные аспекты сформированной судебной практики (цитата)».

Я бы не была столь категорична в данном вопросе, так как многие арбитражные судьи, рассматривая налоговые споры по проверкам, проведенным по правилам ст. 54.1 НК РФ, все же продолжают ссылаться на положения вышеуказанного постановления Пленума № 53, да и положения ст. 54.1. НК РФ не такие уж и не знакомые для участников налоговых правоотношений.

Итак, разберемся, в чем заключается «новый» подход налоговых органов к выявлению обстоятельств получения налогоплательщиком необоснованной налоговый выгоды и как налогоплательщику отстоять свою позицию.

Согласнопункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При этом ни в данной статье НК РФ, ни в какой-либо другой нет определения понятию «искажение».

Однако в письме от 31.10.2017 ФНС России указало, в качестве примера некоторые случаи «искажения»: создание различных незаконных схем («дробление бизнеса», неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения, искусственное создание условий для применения налоговых льгот и т.д.) и способы: неотражение налогоплательщиком дохода либо отражение заведомо недостоверной информации.

Одним из характерных признаков применения п. 1 ст. 54.1 НК РФ является не просто искажение сведений как какая-либо ошибка, а именно умышленное (сознательное) искажение сведений. Это очень важный момент, поскольку квалификация действий налогоплательщика по п. 1 ст. 54.1 НК РФ влечет для него не только доначиление налогов (страховых взносов) и пени, но и привлечение к ответственности по п .3 ст. 122 НК РФ, предусматривающей штраф в размере 40 % от доначисленной суммы налога (страхового взноса).

ФНС России в письме от 31.10.2017 четко обозначило совокупность обстоятельств, которые должен доказать налоговый орган для применения положений п. 1 ст. 54.1 НК РФ:

  • существо искажения;
  • причинную связь между действиями и допущенными искажениями;
  • умышленный характер действий;
  • потери бюджета.

Не установление налоговым органом хотя бы одного из вышеуказанных обстоятельств можно будет расценивать как отсутствие состава налогового правонарушения.

В решениях налоговых органах редко можно встретить мотивированное обоснование доначисления налогов со ссылкой на совокупность указанных обстоятельств, особенно сложно инспекторам доказать причинную связь между действиями налогоплательщика (конкретных должностных лиц) и допущенными искажениями, равно как и умышленный характер действий налогоплательщика.

В связи с чем, настоятельно рекомендую налогоплательщикам при оспаривании решений налогового органа ссылаться на отсутствие совокупности вышеуказанных обстоятельств.

Однако налогоплательщикам строить свою позицию обороны исключительно посредством нападения на недоказанность всей совокупности обстоятельств не получится, так как п. 2 ст. 54.1 НК РФ установлено, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

  1. основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;
  2. обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону

При этом в Письме от 31.10.2017г. ФНС России четко обозначило, что при выявлении фактов нарушения хотя бы одного из установленных в пункте 2 статьи 54.1 НК РФ условий налоговый орган откажет в учете расходов и в вычетах.

Теперь применить правовую позицию Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенную в постановлении Президиума от 03.07.2012г. №2341/12, и оспорить хотя бы налог на прибыль, отстаивая право на учет расходов по рыночным ценам по аналогичным сделкам, не получится.

Если налоговый орган установит, что сделка совершена иным лицом, не указанным в качестве стороны договора, и (или) целью сделки является не разумная хозяйственная (деловая) цель, а исключительно необоснованное занижение налога, то теперь доначислят по «полной программе» и НДС, и налог на прибыль.

В этой связи, налогоплательщикам стоит максимально подготовиться к проверке, но не на этапе ее начала, а уже на момент ведения переговоров с потенциальными контрагентами.

Несмотря на то, что про должную осмотрительность ни в ст. 54.1 НК РФ, ни в письмах ФНС России, посвященных данной статье, ничего не говорится о проявлении должной осмотрительности при выборе контрагентов, данная тема не теряет своей актуальности.

Поэтому при заключении сделки необходимо запрашивать у контрагента следующий пакет документов: выписку из ЕГРЮЛ по состоянию на дату, приближенную к дате заключения сделки, налоговые декларации по НДС и по налогу на прибыль за периоды, предшествующие дате заключения сделки, договор аренды офиса (помещения, складов и т.д.), где располагается контрагент или документ, подтверждающий право собственности контрагента на эти помещения, документы, подтверждающие наличие необходимых трудовых, технических, производственных, информационных и иных ресурсов для исполнения обязательств по сделке, копию паспорта директора (учредителя) и главного бухгалтера, их контактные данные (мобильный телефон, электронная почта), приказы об их назначении на должности, электронная деловая переписка с контрагентами. Это примерный перечень документов, наличие которых позволит налогоплательщику обезопасить себя от претензий налогового органа к выбору неблагонадежного контрагента.

Кроме того, рекомендую проверку каждого контрагента оформлять в виде отчета.

На сегодняшний день существует огромное количество компаний, предлагающих коммерческие программы проверки контрагентов, аккумулирующие сведения об организациях, индивидуальных предпринимателях и физических лицах из всевозможных общедоступных официальных источников (сайты налоговой службы, службы судебных приставов, арбитражных судов и судов общей юрисдикции и т.д.). И, как правило, в таких программах автоматически формируются отчеты о проверках контрагентов.

Однако налогоплательщики могут самостоятельно и бесплатно проверять своих контрагентов, используя эти же официальные сайты, и в первую очередь, информацию с официального сайта налоговой службы nalog.ru, тем более, что наконец-то там заработал сервис «прозрачный бизнес», предоставляющий сведения о наличии задолженности по налогам (страховым взносам).

Правда, этот электронный сервис работает в тестовом режиме и на сегодняшний день не по всем зарегистрированным в ЕГРЮЛ и ЕГРИП налогоплательщикам можно найти соответствующую информацию, однако, как обещают представители финансового ведомства, информация в данном сервисе будет постоянно пополняться.

Итак, проверив, оценив своего контрагента и подписав с ним договор, следующий шаг налогоплательщика – обеспечить себя доказательствами того, что обязательства по данной сделке совершенны именно этим контрагентом.

Например, если речь идет об исполнении договоров подряда, можно сделать фото и видео съемку начала выполнения работ, объекта, на котором выполняются работы, рабочего процесса, лиц, занятых на объекте и т.д.

Если контрагент налогоплательщика является субподрядной организацией, рекомендую, на спецодежде его работников сделать наклейки с логотипом данной организации.

Также, советую ввести пропускной режим на объект с целью фиксации, например, в журнале регистрации фактов пребывания на стройплощадке работников субподрядчиков с указанием их ФИО, должности, телефона.

Свидетельские показания очень часто используются налоговыми органами как одно из основных доказательств для доначисления налогов.

Но нередко инспекторы не могут кого-либо из непосредственных участников спорных сделок допросить, так как не располагают информацией о них и (или) их контактных данных.

Если же налогоплательщик заранее соберет информацию о работниках субподрядных организаций и предоставит в ходе проверки инспектору, последнему останется только их допросить.

В Письме от 31.10.2017ФНС России указало, что налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

Как правило, например, при оспаривании договоров подряда, налоговые органы ссылаются на то, что налогоплательщик самостоятельно выполнил спорные работы, так как доказать, что это сделало иное лицо, крайне сложно.

В связи с чем, рекомендую налогоплательщикам заранее подготовить мотивированные и обоснованные объяснения привлечения сторонних организаций для выполнения работ и доказательства невозможности их выполнения собственными силами.

И, наконец, п. 3 ст. 54.1 НК РФ гласит, что ц целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Однако, несмотря на это, налоговые органы, проводя проверки по правилам ст. 54.1 НК РФ, все также продолжают ссылаться на вышеуказанные обстоятельства, проводить почерковедческие экспертизы, вменять в вину налогоплательщику неисполнение налоговых обязанностей его и контрагентами и субконтрагентами, обосновывая это тем, что в совокупности с другими установленными обстоятельствами доказана нереальность сделок.

Налогоплательщикам, в свою очередь, советую тщательно анализировать доказательственную базу налогового органа, оценивать собранные инспекторами в ходе проверки доказательства на предмет относимости, допустимости, достоверности, актуальности, и одновременно заранее заниматься сбором своих доказательств для подтверждения совершения сделок с контрагентами и обоснования их выбора.

Резюмируя все вышеизложенное, подчеркну, что положения ст. 54.1 НК РФ не являются каким-то революционным новшеством.

Фактически законодатель закрепил некоторые основные моменты правовых позиций, выработанных многолетней судебной практикой при рассмотрении налоговых споров, и попытался исключить формальных подход к проведению проверки, что тоже немаловажный шаг.

Юрист сайта Правовед.RU Топуз Фатима

Эта статья участвует в Конкурсе на лучшую бизнес-статью.

Наша сделка — реальная!

Статья из журнала «ГЛАВНАЯ КНИГА» актуальна на 26 августа 2011 г.

Содержание журнала № 17 за 2011 г.А.В. Рымкевич, юрист

Как доказать реальность сделки при проверке и в суде: нетипичные способы

Представьте: сторонняя компания выполнила для вашей какие-либо работы, вы учли расходы и приняли к вычету НДС. А налоговый орган решил, что на самом деле вы выполнили эти работы сами или нашли гастарбайтеров, которые чуть ли не бесплатно вам все сделали. А ваш контрагент, указанный в документах, не мог выполнить работы, так как у него нет ни персонала, ни инструментов, ни материаловпп. 4, 5, п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53. То есть сделка с ним — нереальная. А значит, вычет НДС, предъявленного этим контрагентом, и уменьшение налогооблагаемой прибыли на расходы — необоснованная налоговая выгода.

Вы представили документы, подтверждающие расходы и вычет НДС? В ответ налоговый орган выложил свои козыри, к примеру:

  • протокол допроса директора-бомжа;
  • заключение эксперта о том, что все подписи на представленных вами документах контрагентов липовые;
  • письмо инспекции по месту учета вашего контрагента о том, что он отчетность не сдает и налоги не платит.

Вы говорите, что перечисляли деньги контрагенту? Инспекторы объясняют это вашим желанием придать сделке видимость реальности.

Придется доказывать, что сделка реальная. Ведь если вам это удастся, то не будут иметь никакого значения даже доказательства вашей (или ваших контрагентов) недобросовестностиПисьмо ФНС России от 24.05.2011 № СА-4-9/8250; Постановления Президиума ВАС РФ от 09.03.2010 № 15574/09, от 25.05.2010 № 15658/09.

Доказываем приобретение и перевозку товара

Перевозочные или товаросопроводительные документы неоднократно помогали организациям отстоять реальность своих сделокПостановления ФАС МО от 26.05.2008 № КА-А40/3294-08; ФАС ВВО от 29.06.2009 № А17-2257/2008-05-21. И наоборот, встречаются случаи, когда суд приходит к выводу об отсутствии доказательств реальности хозяйственных операций по приобретению товара, в числе прочего, из-за того, что налогоплательщик:

  • <или>не подтвердил доставку приобретенных товаровПостановление ФАС ЗСО от 29.10.2007 № Ф04-7571/2007(39690-А03-25);
  • <или>не представил акты инвентаризацииПостановление ФАС УО от 28.07.2010 № Ф09-5853/10-С2.

Поэтому будем доказывать реальность сделки этими способами.

СПОСОБ 1. Проводим инвентаризацию

Договор купли-продажи, документы, доказывающие оприходование, оплату, и все остальные документы, которыми вы запаслись, проявляя «должную осмотрительность и осторожность»п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, могут не сработать, если гендиректор поставщика скажет, что на документах стоит не его подпись, и это окажется правдойПостановление Президиума ВАС РФ от 11.11.2008 № 9299/08. Поэтому полезно иметь результаты инвентаризации, которые докажут наличие у вас товара в проверяемый период.

Инвентаризацию вы проводите (во всяком случае, должны проводить) регулярнопп. 1, 2 ст. 12 Федерального закона от 21.11.96 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете»; п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утв. Приказом Минфина России от 13.06.95 № 49. И ее результаты подтверждают, что в проверяемый период товар у вас был.

Если же в тот период инвентаризацию вы не проводили, вы можете провести ее сейчас. И показать, что реальные остатки товара на складе соответствуют остаткам товара по документам. Это будет означать, что сомнительный с точки зрения налоговиков товар был оприходован на склад и либо продан, либо до сих пор там находится.

СПОСОБ 2. Собираем перевозочные документы

Вам будет намного проще убедить самих налоговиков или в конце концов судей в реальности сделки, если у вас будут:

  • договоры перевозки приобретенного товара или договоры транспортной экспедициист. 785, ст. 801 ГК РФ, ТТН, пропуск на территорию, если въезд и выезд фиксируется;
  • документы об оплате по этим договорам.

Если же вы доставляли товар сами, то могут помочь путевые листы и документы, подтверждающие приобретение ГСМ.

СПОСОБ 3. Запасаемся свидетельскими показаниями

Доказать реальность сделки помогут свидетельские показания, в которых будет указано: «Да, грузовики приезжали, я ворота открывал, пропуск оформлял, видел, как товар разгружали»Постановление ФАС ВВО от 29.06.2009 № А17-2257/2008-05-21. Но как-то повлиять на вызов свидетелей налоговиками вы не можетеподп. 12 п. 1 ст. 31, ст. 90 НК РФ. А вот в арбитражном суде это возможно. И это стоит делатьстатьи 54, 56, ст. 88 АПК РФ, ведь свидетельские показания помогают доказать реальность не только поставки товаров, но и выполнения работ и оказания услуг.

Чем больше свидетелей — тем лучше. Ведь чем больше вы представите доказательств, тем перспективней для вас налоговый спор.

К сожалению, не все наши арбитражные суды готовы возиться со свидетелями. Но вы не стесняйтесь пользоваться своими правами и заявляйте ходатайства о вызове свидетелей для участия в арбитражном процессеч. 1 ст. 88 АПК РФ.

В ходатайстве надо указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель. Подойдет, например, такая формулировка.

Просим суд допросить в качестве свидетеля Иванова Владимира Владимировича, проживающего по адресу: 127591, Москва, ул. Дубнинская, д. 48, к. 1, кв. 23, работавшего на складе в период с 18.10.2008 по 27.02.2009 и принявшего товары, поступившие по договору от 15.12.2008 № 34-д между Заявителем и ООО «Риск».

Совет

Если вам приходится представлять интересы организации в суде самостоятельно, без помощи юриста, подавайте все ходатайства письменно. Ведь судьи могут отклонить ваши устные ходатайства о вызове свидетелей и не отразить в протоколе заявление таких ходатайств, а значит, у вас не будет шанса обжаловать отказп. 6 ч. 2 ст. 155 АПК РФ.

Письменные ходатайства лучше подавать через канцелярию, чтобы судья не мог от них отмахнуться и был вынужден как-то реагировать на них. Порой судьям проще опросить пару-тройку свидетелей, чем писать обоснование, почему они отклонили ваше ходатайство.

Так как судья может отказать вам в вызове свидетелей в арбитражный суд, вы вправе заранее отвести их к нотариусу, чтобы он их опросилcтатьи 102, 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утв. ВС РФ 11.02.93 № 4462-1. В таком случае в суд вы принесете уже заверенные нотариусом протоколы опросов и попросите судью приобщить их к материалам дела как письменные доказательстваПостановления Тринадцатого ААС от 27.04.2011 № А56-5843/2011; Восемнадцатого ААС от 07.10.2010 № 18АП-8421/2010.

В крайнем случае сгодятся и протоколы опроса свидетелей, составленные адвокатомподп. 2 п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». К сожалению, для судей цена этих показаний может оказаться ниже, чем цена показаний свидетелей, допрошенных налоговыми органами или судьей. Но бывает, что такие доказательства, как опросы адвоката, помогают выиграть спор с налоговым органомПостановления ФАС ЦО от 19.11.2009 № А48-3694/08-6; Девятого ААС от 14.09.2010 № 09АП-20790/2010-АК.

Доказываем выполнение работ или оказание услуг

Основная рекомендация: не ленитесь составлять документы! Допустим, сняла вам налоговая инспекция расходы и НДС по внутренней отделке здания. Не теряйтесь, делайте как можно больше расчетов. Какой объем работ был выполнен вашими работниками, какой объем работы ваши работники физически не могли выполнить и вам пришлось привлечь исполнителей со стороны. Опять же, вызовите свидетеля-сторожа, пусть скажет, что да, приходила на объект бригада, но не те мастера, которые работают в фирме постоянно, а другие.

Что же касается услуг, то судам очень сильно надоело оценивать реальность их оказания. Взять хотя бы всеми любимые маркетинговые исследования. Поверьте, опытному инспектору и судье с первой страницы отчета об оказании услуги видно, липа это или нет.

Чтобы доказать реальность услуг, вы должны показать инспекции (суду), каким образом вы такие услуги использовали. Не должно быть так, что вам за миллион рублей провели маркетинговое исследование, какие товары на рынке востребованы, какие — нет, а вы после этого вообще ничего не сделали. Соберите хотя бы совещание, составьте протокол, издайте приказ, изложите в этих документах выводы, к которым вы пришли благодаря проведенному маркетинговому исследованию, сформулируйте приблизительные планы на будущее развитие бизнеса.

***

Если инспекция заподозрит у вас необоснованную налоговую выгоду, помните: вам придется доказывать реальность сделки. И у вас есть два пути.

Первый (вынужденный) — выкручиваться, уже когда нагрянет налоговая инспекция.

Второй (предпочтительный) — тщательно продумать и подготовить доказательства реальности сделки с самого начала работы с контрагентом.

Фиктивная сделка

В ходе проведения мероприятий налогового контроля (проверочных мероприятий) в отношении налогоплательщика, налоговый орган может прийти к выводу о совершении проверяемым лицом фиктивных сделок или хозяйственных операций с определенным кругом контрагентов. Что же сегодня под фиктивной сделкой понимают налоговые органы? С позиции налоговиков, фиктивная сделка – это сделка, совершенная налогоплательщиком без преследования какой-либо хозяйственной цели. Иными словами, это сделки или иные хозяйственные операции, которые совершены налогоплательщиком и его контрагентом исключительно с целью снижения налогооблагаемой базы.

Такие выводы налоговиков довольно чреваты для налогоплательщиков и могут привести к очень серьезным последствиям – доначисление налогов, пени, начисление штрафов, порой приравненных по размеру к годовой выручке компании налогоплательщика. Самым неблагоприятным для налогоплательщика исходом может послужить передача материалов налоговой проверки в следственные органы для возбуждения уголовного дела по фактам намеренного уклонения налогоплательщика от уплаты налогов и сборов. При этом если сам налогоплательщик осуществляет свою деятельность на абсолютно легальных условиях, это не значит, что к нему не могут быть предъявлены обвинения по фактам нарушения налогового законодательства, поскольку в группу риска также могут попасть те компании, чьи контрагенты уже находятся на так называемой «галочке» у налоговиков как контрагенты, замеченные в фиктивных сделках с иными лицами.

Методы выявления фиктивности сделок и хозяйственных операций налогоплательщиков

Так, в процессе проведения проверочных мероприятий или камеральных налоговых проверок налоговики осуществляют проверку контрагентов налогоплательщика на признаки «фирмы-однодневки» или их фигурирование в ином реестре компаний, осуществляющих «серую» деятельность (более подробно о «фирмах-однодневках» можно узнать из нашей статьи «Ответственность за регистрацию «фирм-однодневок» и за внесение ложных сведений в ЕГРЮЛ», в которой мы раскрывали понятие «фирм-однодневок» и указывали какие действия предпринимают налоговые органы в отношении «фирм-однодневок»). Если у проверяемого налогоплательщика будут выявлены подобные контрагенты, налоговые органы запускают в отношении такого налогоплательщика комплекс проверочных мероприятий, направленных на сбор доказательственной базы, подтверждающей фиктивность сделок, совершенных налогоплательщиком с такими контрагентами. В таких случаях действия налоговиков могут выражаться в следующем:

  • осмотр помещений юридического лица и его контрагентов.В ходе осмотров налоговыми органами выявляются факты нахождения налогоплательщика по своему юридическому адресу, наличия или отсутствия необходимых для исполнения фиктивной сделки площадей, оборудования, товаров, транспорта и т.п., а также наличие на рабочих местах директора компании налогоплательщика и сотрудников.
  • опросы очевидцев.Должностные лица налоговых органов зачастую подкрепляют свои доводы показаниями очевидцев. В таких случаях налогоплательщику следует обратить внимание на идентификацию лиц, дающих какие-либо показания в отношении проверяемого налогоплательщика. Часто в протоколе осмотра должностные лица налоговых органов допускают ошибки в составлении протоколов, указывая в нем лишь обобщенную формулировку, к примеру: «со слов сотрудников других (соседних) организаций, о проверяемом юридическом лице они ничего не слышали (не знают)».
  • допросы свидетелей.Протоколы допросов свидетелей также являются одним из доказательств, которые в совокупности могут подтвердить правовую позицию фискалов. Поэтому, налогоплательщику, намеревающемуся оспорить решение налогового органа в судебном порядке предварительно рекомендуется изучить подобные документы.
  • осмотры, оперативные/следственные мероприятия, проводимые правоохранительными органами.При наличии признаков налоговых или других правонарушений в офис компании налогоплательщика могут быть направлены сотрудники правоохранительных органов. В таком случае может быть проведен совместный рейд с налоговой инспекцией, либо только по инициативе правоохранителей.
  • получение сведений из банков.В ходе проведения такого рода проверочных мероприятий налоговики проводят анализ банковских операций налогоплательщика и его контрагентов. Причем данный анализ может коснуться и контрагентов следующих звеньев из общей цепочки взаимоотношений контрагентов с налогоплательщиком. Здесь налоговики выявляют цепочку циркуляции денежных средств, перехода денежных средств на счета аффилированных компаний, вывода средств или их обналичивание через «фирмы-однодневки» либо на счета зарубежных компаний (офшор).

Позиция налоговых органов в отношении фактов фиктивности сделок. Доказывание фиктивных сделок и операций налоговым органом.

Итак, подобрав необходимую доказательственную базу, налоговые органы принимают решение о наличии или отсутствии фиктивных сделок в составе хозяйственных операций компании налогоплательщика. Если налоговая все же усмотрит факт совершения налогоплательщиком фиктивной сделки, перерасчета налоговой базы такому налогоплательщику не избежать. При этом следует учитывать, что по налогу на прибыль для целей налогообложения не учитываются расходы по фиктивным сделкам и операциям, а по НДС следуют отказы в возмещении сумм налога, перечисленного в составе платежей по таким фиктивным сделкам (операциям). В результате налогоплательщик, совершающий фиктивные операции, все равно нарвется на доначисление пени и штрафов. Самым негативным последствием для налогоплательщика, увлекающегося фиктивными сделками и операции на протяжении нескольких отчетных периодов является то, что при сумме недоплаченных налогов за три года подряд свыше двух миллионов рублей, налоговики не раздумывая передают такие материалы в правоохранительные органы для возбуждения уголовного дела. Поэтому решить подобную проблему можно, пожалуй, двумя способами: первый – добровольно оплатить сумму недоплаченных налогов в полном объеме, второй – добиваться через суд признания актов налоговых органов незаконными. Сразу стоит отметить, что при выборе второго способа решения проблемы с фискалами, налогоплательщик должен быть готов опровергнуть все выдвинутые к нему аргументы налоговиков.

Теперь рассмотрим самые распространенные признаков фиктивности сделок и хозяйственных операций, с позиции налоговых органов:

  • Отсутствие контрагента по юридическому адресу, регистрация контрагента по адресу массовой регистрации;
  • Отсутствие ресурсов для выполнения контракта (складов, оборудования, товаров и т.п.);
  • Неуплата контрагентом налогов в бюджет либо их минимальная уплата;
  • Показания руководства контрагента;
  • Экспертное заключение;
  • Транзитный характер движения денежных средств;
  • Признаки цикличного движения денежных средств;
  • Признаки нелегального вывода денежных средств.

Налоговой службой РФ уже написано несколько официальных писем с рекомендациями, судебной практикой, участниками которой являются недобросовестные контрагенты, либо контрагенты с явными признаками недобросовестности и т.д. Именно из подобных писем ФНС России согласно представленным рекомендациям можно узнать при каких обстоятельствах к компании налогоплательщику налоговая инспекция обоснованно может предъявлять претензии, а при каких нет (см. Письмо ФНС России от 23.03.2017г. № ЕД-5-9/547@, Письмо ФНС России от 12.05.2017г. № АС-4-2/8872).

Фиктивность сделок с позиции судов

Если по вопросу фиктивности сделок сегодня обратиться к судебной практике, то можно увидеть, что суды уже не раз обращали внимание налоговиков на то, что за недобросовестность контрагентов второго и последующего звеньев не должен нести ответственность налогоплательщик. По мнению судов, к проявлению налогоплательщиком должной осмотрительности недобросовестность всех задействованных в цепочки операций контрагентов не относится, поскольку компания, в частности каждый налогоплательщик юридическое лицо, должен убедиться только в добросовестности своего непосредственного контрагента – партнера по сделке (см. Определение Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 305-КГ16-10399, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18 июля 2017 года по делу № 40-43799/2016, Постановление Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-3675/17 от 28 июня 2017 года по делу № А76-16418/2016).

Как указывают суды, если факт реальности операций подтвержден, бесполезно ссылаться на самые популярные признаки «фирм-однодневок», признаки аффилированности налогоплательщика и контрагента, ссылки налоговиков, что руководитель и учредитель контрагента относится к категории «массовых» в виду того, что одновременно является руководителем и учредителем еще в нескольких компаниях, на то, что адрес местонахождения юридического лица, указанный в учредительных документах является адресом «массовой» регистрации и последний фактически не находится по указанному адресу, суд правомерно признал необоснованной, поскольку все эти факты, как адрес «массовой регистрации», представление контрагентом бухгалтерской и налоговой отчетности с «нулевыми» показателями, не представление справок по форме 2-НДФЛ, документов в соответствии со статьей 93.1 Налогового кодекса РФ, сами по себе, в отсутствие доказательств, опровергающих реальность хозяйственных операций и иных совершенных налогоплательщиком сделок, не могут являться основанием для выводов об отсутствии у контрагента возможности осуществлять деятельность».

Но не смотря на это, суды не раз занимали сторону налоговых органов, в налоговых спорах, когда компания налогоплательщик в качестве доказательства проявления им должной осмотрительности при совершении сделки была предоставлена лишь выписка из ЕГРЮЛ и учредительные документы контрагента по сделке. И как говорится, на ошибках учатся, налогоплательщики стали лично осматривать помещения и склады своих контрагентов, знакомиться с их сотрудниками, сохранять рабочую переписку в электронных почтовых ящиках и т.п. И, кстати говоря, с участием одного из таких смекалистых налогоплательщиком даже усматривается свежая судебная практика, в деле, где доказательством проявления должной осмотрительности и действительности заключенного договора послужил лист согласования к договору, который содержал в себе сведения о контрагенте включая Ф.И.О. представителя контрагента, его контактный телефон, адрес электронной почты и занимаемой должности. Чтобы получить «зеленый свет» на заключение договора, в этом документе должны были стоять подписи главного механика, заместителя генерального директора по финансам, юрисконсульта, главного инженера и главного бухгалтера (см. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26 мая 2017 года № Ф09-2274/17 по делу № А50-16250/2016).

Помимо выше приведенного, есть еще один пример, это Постановление АС Поволжского округа №Ф06-21881/2017 от 03.07.2017г. по делу №А12-49524/2016, в котором суд указал, что доводы налогового органа об отсутствии у контрагентов в собственности какого-либо недвижимого имущества, собственного транспорта и сотрудников, о фиктивности заключенных налогоплательщиком сделок с сомнительными контрагентами не свидетельствуют, поскольку не исключают возможности привлечения транспортных средств, имущества, работников по договорам аренды, аутсорсинга, гражданско-правовым договорам и т.п.

Также относительно фактов фиктивности совершенных налогоплательщиком сделок суды отмечают, если у налоговых органов нет иных доказательств нереальности сделок, кроме, как показания контрагента налогоплательщика, доводы сотрудников налоговых органов судом не могут быть приняты. В одном из таких дел суд указал налоговой службе, что факты о фиктивности совершенной налогоплательщиком сделки нужно исследовать комплексно. При этом суд правомерно указал налоговикам на то, что установленные в ходе контрольных мероприятий факты, в том числе относительно подписания спорных договоров со стороны контрагента лицом, отрицающим их подписание, при установлении судом факта исполнения договоров, оказания фактических услуг обществу, проявления обществом должной осмотрительности не являются безусловным основанием полагать, что налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода (см. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30 мая 2017 года по делу № А40-208019/2016).

Равно как и противоречивая информация или ошибки в первичных бухгалтерских документах налогоплательщика не исключают реальность совершенных им операций (см. Постановление Арбитражного суда Поволжского округа № Ф06-20557/2017 от 30.05.2017г. по делу №А12-38366/2016, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.07.2017г. по делу № А67-4937/2015).

В завершении отметим, что в первую очередь, налогоплательщикам все же необходимо здраво подходить к вопросу налоговой экономии. Надеяться на применение судом принципа презумпции невиновности в отношении налогоплательщика либо истолкования в пользу налогоплательщика всех неточностей и неясностей также не стоит. На сегодняшний день суды применяют всем известную доктрину «баланса частных и публичных интересов». Это означает то, что если компания налогоплательщик будет заподозрена в фиктивности сделок или каких-либо хозяйственных операций, то именно самой компании налогоплательщику придется доказывать свою добросовестность и действительность совершенных сделок и операций. Именно поэтому при заключении договоров стоит добросовестно и как можно подробнее проверять информацию о контрагентах и желательно фиксировать процесс ее сбора. О том, как сегодня проявить должную осмотрительность при совершении налогоплательщиками сделок с новыми контрагентами, можно ознакомиться в нашей статье «Должная осмотрительность налогоплательщика в 2017-2018 году». В настоящее время тема должной осмотрительности является очень актуальной в налоговых правоотношениях, тем более, что времена, когда для доказательства своей добросовестности достаточно было запросить копию свидетельства ОГРН, давно в прошлом.

Четыре способа доказать реальность сделки, которую налоговики признали фиктивной

Чем в налоговом споре поможет решение третейского суда

Когда эффективно привлекать стороннего эксперта

Дальнейшая продажа товара докажет реальность его покупки

Фиктивность сделки и нереальность расходов – одна из самых частых претензий инспекторов. Обычно контролеры выдвигают ее, если у налогоплательщика есть контрагенты с сомнительными признаками. Мол, сделки с ними прошли лишь на бумаге, поэтому по ним нельзя ни получить вычеты НДС, ни признать расходы.

Чаще всего налогоплательщики защищаются, предъявляя правильно оформленную «первичку» и доказывая, что расходы были направлены на получение дохода. Но иногда в ход идут и более оригинальные аргументы. Анализ свежей судебной практики позволяет выделить четыре новые тенденции в доказывании реальности затрат.

Отказное решение третейского суда как аргумент в пользу компании

Некоторые общества пытаются доказать реальность сделки от противного. Для этого организация как бы соглашается с тем, что товары, работы или услуги не были получены, произведены или оказаны. И обращается в третейский суд с требованием признать сделку неисполненной по причинам, указанным налоговиками, а также взыскать с контрагента все полученное по ней.

Если у ответчика есть правильно оформленные первичные документы, то суд, скорее всего, подтвердит реальность сделки. Тем более что сам истец заинтересован в проигрыше спора.

Почему суд третейский, а не арбитражный? Дело в том, что третейский суд можно создать самостоятельно для рассмотрения конкретного спора или же он может действовать на постоянной основе при каком-либо юрлице (ст. 3 Федерального закона от 24.07.02 № 102-ФЗ «О третейских судах»). По соглашению сторон такая структура может рассматривать любой спор, касающийся гражданских правоотношений (п. 1 ст. 1 закона № 102-ФЗ). В итоге решение будет получено гораздо быстрее и его содержание можно с большой долей вероятности спрогнозировать.

Для создания третейского суда, который решит конкретный спор, стороны выбирают туда нечетное количество членов. Хотя бы один из них должен иметь высшее юридическое образование – он становится председателем (п. 2 ст. 8 закона № 102-ФЗ). Плюс стороны совместно в письменной форме оговаривают порядок работы суда, принятия им решения по делу и выплаты вознаграждения судьям.

Конечно, решения третейского суда имеют силу только для сторон спора (ст. 31 закона № 102-ФЗ). Налоговый орган таковой не является. Кроме того, третейский суд в этой ситуации сделает выводы лишь о реальности сделки, никак не касаясь вопросов налогообложения.

Поэтому, несмотря на имеющееся решение, арбитражный суд примет дело к производству. Причем в ходе его рассмотрения государственные судьи вовсе не обязаны безоговорочно соглашаться с коллегами (к примеру, постановление Президиума ВАС РФ от 03.04.07 № 14715/06).

Но, как показывает практика, наличие третейского решения – очень сильный аргумент. Арбитражный суд не может просто проигнорировать его. Поэтому налоговикам, скорее всего, придется сначала оспаривать решение третейского суда, а только потом продолжать дело в арбитраже. А это сделать намного сложнее, чем просто сослаться на то, что контрагент обладает признаками однодневки, следовательно, не мог исполнить сделку.

Так, в деле, рассмотренном Федеральным арбитражным судом Московского округа, одним из доказательств реального характера отношений было решение третейского суда (постановление от 12.03.10 № КА-А41/1727-10). Налоговики обвиняли организацию в том, что безнадежный долг контрагента, который она включила в расходы, был создан искусственно. Однако налогоплательщик указал, что реальность задолженности признана решением третейского суда, и это стало решающим аргументом в деле.

Помог такой документ и в деле, которое рассматривал Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа в постановлении от 04.08.08 № Ф04-4634/2008(8957-А46-40). Суд принял во внимание наличие решения третейского суда в качестве доказательства реальности правоотношений с однодневкой, расходы по которым налоговики признавать отказывались.

Несмотря на действенность этого довода, у налоговиков есть еще одна возможность оспорить сделку. Подать в арбитраж иск о признании сделки нарушающей основы правопорядка и морали. Мол, она направлена на уклонение от уплаты налогов, поэтому является аморальной (определение КС РФ от 08.06.04 № 226-О, постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 30.05.07 № КГ-А40/13293-06). В этом случае третейское решение по поводу реальности сделки аргументом в пользу компании уже быть не может.

Но компания может снова обратиться в третейский суд с требованием признать сделку противной основам правопорядка и нравственности. И снова проиграть дело. Однако исход такого дела в арбитражном суде, в силу расплывчатости рассматриваемых им понятий, предсказать уже труднее.

Последующие операции с имуществом подтвердят реальность его приобретения

Если налоговики оспаривают реальность сделки с материальными объектами или имущественными правами, возможен иной подход к защите. В частности, это касается материалов, товаров, основных средств, ценных бумаг, нематериальных активов и т. д. В качестве аргумента суду можно представить сведения о дальнейшей судьбе этого имущества или прав. Ведь если налогоплательщик использовал их в производстве, продал или владеет ими до сих пор, то сделка по их приобретению явно была реальной.

Этот же аргумент может сработать как для доказательства реальности расходов, так и при защите права на вычет НДС.

Так, в деле, рассмотренном постановлением Федерального арбитражного суда Московского округа от 11.03.10 № КА-А40/1399-10, налоговый орган отказал компании в вычете по НДС, посчитав сделки с сомнительными контрагентами нереальными. Однако судьи указали, что по дальнейшей реализации товара, полученного от однодневок, инспекция начислила НДС. Следовательно, она не сомневается в том, что имущество действительно находилось какое-то время в собственности проверяемого общества.

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа в аналогичной ситуации также отметил, что начисленный НДС при последующей перепродаже спорного товара налоговым органом был принят и не оспаривался (постановление от 01.07.10 № А55-29852/2009).

В постановлении от 09.03.10 № 15574/09 Президиум ВАС РФ рассмотрел дело, где налоговики ссылались на нереальность приобретения лизинговой компанией имущества. Однако общество предоставило суду доказательства того, что этот объект был получен, оплачен и передан в дальнейшем в лизинг. Причем лизингополучатель исправно платит деньги за использование этого актива, что было бы странным, если бы объекта в реальности не существовало. Суд счел такие аргументы вполне убедительными.

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа в постановлении от 17.04.09 № А06-149/2008 пошел еще дальше. Судьи указали, что при исключении из расходов стоимости имущества ввиду нереальности его приобретения нереальной становится и его дальнейшая реализация. Следовательно, налоговики должны были исключить из доходов суммы, полученные налогоплательщиком в результате такой продажи. А поскольку они этого не сделали, значит, в существовании объектов они на самом деле не сомневаются.

Аналогичные выводы содержатся в постановлениях федеральных арбитражных судов Московского от 02.06.10 № КА-А40/5112-10, Поволжского от 30.04.10 № А57-3530/2008, Северо-Кавказского от 17.09.09 № А53-5607/2008-С5-14 округов.

Фиктивное основное средство нельзя облагать налогом на имущество

Парадоксальная ситуация складывается, когда налоговики при проверке отказывают в признании амортизационных отчислений по основному средству, ссылаясь на фиктивность его покупки. Но в то же время соглашаются с начислением налога на имущество по этому же объекту. Получается, инспекторы облагают налогом то имущество, в реальности существования которого они сомневаются. Этот факт может стать аргументом в пользу организации.

Одна из компаний попросила Минфин России дать письменные пояснения по похожей ситуации. В письме от 21.07.10 № 03-03-06/1/477 чиновники затруднились разрешить противоречие, по сути, не ответив на вопрос, а приведя лишь общие ссылки на нормативную базу.

Представляется, что контраргумент у налоговиков есть только один. Пока не доказана фиктивность расходов, произведенных на то или иное имущество, объект считается реально существующим. Мол, поэтому налог на имущество они не оспаривают.

Но после проверки, в результате которой контролеры сами исключили расходы на покупку основного средства, нет никаких оснований продолжать облагать спорный объект налогом. Ведь, по мнению налоговиков, он никогда не приобретался обществом. По крайней мере, за ту сумму, что указана в качестве первоначальной стоимости.

Тем более, что проверяющие обязаны выявлять все искажения налоговой базы, которые привели не только к образованию недоимки, но и к переплате налога в бюджет.

В сложившейся ситуации у компании есть основания потребовать возврата излишне уплаченного налога на имущество. Или же использовать факт его уплаты как аргумент в суде.

Сторонний эксперт докажет обоснованность расходов

В ряде случаев, когда налоговики оспаривают не реальность расходов, а доказывают искусственное завышение их стоимости, эффективной мерой защиты может стать привлечение стороннего эксперта. То есть специалиста, обладающего соответствующими знаниями и доказательствами наличия таких знаний: дипломами, сертификатами и опытом работы.

Суд может сам приглашать экспертов для участия в производстве по делу по требованию одной из сторон (ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса). Экспертизу может проводить как сотрудник государственного экспертного учреждения, так и негосударственный эксперт (п. 1 и 2 постановления Пленума ВАС РФ от 20.12.06 № 66). Но и отказ суда назначить экспертизу не лишает налогоплательщика права обратиться к специалисту самостоятельно.

В налоговых спорах не так часто встречаются ссылки на экспертные заключения, поскольку эта процедура обычно стоит недешево. Хотя в случае выигрыша расходы можно будет взыскать с налогового органа.

Чтобы результат экспертизы стал действенным аргументом, перед экспертом ставятся такие вопросы, ответы на которые будут заведомо в пользу компании. К примеру, дадут представление о том, что за услуга была приобретена и какая от этого получена экономическая выгода. Тогда инспекторам вряд ли будет что ответить на аргументы экспертизы.

Например, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа рассматривал такое дело. Налоговики оспаривали размер расходов на ремонт, подозревая их завышение с помощью однодневок. Однако организация представила суду заключение эксперта, согласно которому реальная стоимость выполненного ремонта не только не была меньше, но даже превысила сумму расходов, отнесенную обществом на затраты. В результате суд принял решение в пользу общества (постановление от 30.06.10 № А32-21388/2009-5/183).

Аналогичная ситуация была рассмотрена и в определении ВАС РФ от 26.04.10 № ВАС-5147/10. Она касалась расходов на ремонт и реконструкцию арендованного имущества. Грамотно оформленная «первичка» и заключение эксперта не дали оснований передать дело на рассмотрение Президиума ВАС РФ. Выигрыш остался за налогоплательщиком.

Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа в постановлении от 06.09.10 № А38-3439/2009 рассмотрел спор о том, являются ли произведенные обществом работы ремонтом или реконструкцией основного средства. И здесь компании удалось отстоять выгодную для себя точку зрения, передав суду соответствующее заключение независимого эксперта.

Д. Липатов юрист юридической компании «Налоговик» Е. Тимин налоговый консультант, эксперт «ПНП»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *